Эльсинор. Комната в замке.
Входят король, королева,
Розенкранц и Гильденстерн.
Король
В глубоких этих вздохах что-то есть.
Нельзя ль перевести их попонятней?
Где сын ваш?
Королева
Оставьте нас на несколько минут.
Розенкранц и Гильденстерн уходят.
О, что сейчас случилось!
Король
О, что сейчас случилось!Что, Гертруда?
Как Гамлет?
Королева
Как Гамлет?Рвет и мечет, как прибой,
Когда он с ветром спорит, кто сильнее.
В бреду услышал шорох за ковром
И с криком: «Крысы!», выхватив рапиру,
Убил одним ударом старика,
Стоявшего в засаде.
Король
Стоявшего в засаде.Быть не может!
Так было б с нами, очутись мы там.
Что он на воле — вечная опасность
Для вас, для нас, для каждого, для всех.
А кто теперь в ответе за убийство?
Увы, я сам, что я не отделил
Больного молодого человека
От остальных. Всему виной любовь.
Она лишила нас благоразумья.
Мы скрыли, как постыдную болезнь,
Семейное несчастье и загнали
Заразу внутрь. Куда девался он?
Королева
Пошел куда-то с телом бедной жертвы.
Сквозь бред в нем плещут искорки добра,
Как золота крупицы в грубом камне.
Он плачет о случившемся навзрыд.
Король
Пойдем, Гертруда. Не успеет солнце
Коснуться гор, он сядет на корабль.
А это злодеяние придется
Заглаживать самим нам. — Гильденстерн!
Возвращаются Розенкранц и Гильденстерн.
Кого-нибудь возьмите на подмогу!
В горячке принц Полония убил
И вынес труп из спальни королевы.
Не раздражая принца, надо взять
Тихонько тело и отнесть в часовню.
Розенкранц и Гильденстерн уходят.
Пойдем, Гертруда, соберем друзей.
Расскажем им про новые тревоги.
Шипенье ядовитой клеветы,
Несущее сквозь поперечник мира,
Как пушечный снаряд, свое ядро,
С их помощью, быть может, нас минует.
Пойдем. Не оставляй меня, жена.
Душа в тревоге и устрашена.
Уходят.
Зала в замке.
Входят король, королева,
Розенкранц и Гильденстерн.
Король
У этих тяжких вздохов есть причина;
Откройтесь нам; мы их должны понять.
Где сын ваш?
Королева
Оставьте нас на несколько минут.
Розенкранц и Гильденстерн уходят.
Ах, государь, что видела я ночью!
Король
Скажите всё. Что с Гамлетом?
Королева
Скажите всё. Что с Гамлетом?Безумен,
Как море и гроза, когда они
О силе спорят; в буйном исступленьи,
Заслышав за ковром какой-то шорох,
Хватает меч и с криком: «Крыса, крыса!» —
В своем бреду, не видя, убивает
Беднягу-старика.
Король
Беднягу-старика.О, злое дело!
Так было бы и с нами, будь мы там;
Его свобода пагубна для всех,
Для вас самих, для нас и для любого.
Кто будет отвечать за грех кровавый?
Его на нас возложат, чья забота
Была стеречь, взять в руки, удалить
Безумного; а мы из-за любви
Не видели того, что надлежало,
И, словно обладатель мерзкой язвы,
Боящийся огласки, дали ей
До мозга въесться в жизнь. Где он сейчас?
Королева
Он потащил убитого; над ним,
Как золото среди плохой руды,
Его безумье проявилось чистым.
Он плачется о том, что совершил.
Король
Идем, Гертруда!
Едва коснется солнце горных высей,
Он отплывет; а этот тяжкий случай
Нам надобно умело и достойно
Представить и смягчить. — Эй, Гильденстерн!
Розенкранц и Гильденстерн возвращаются.
Друзья мои, сходите за подмогой:
В безумье Гамлет умертвил Полония
И выволок из комнат королевы.
Поладьте с ним, а тело отнесите
В часовню. И прошу вас, поскорее.
Розенкранц и Гильденстерн уходят.
Идем, Гертруда, созовем друзей;
Расскажем им и то, что мы решили,
И что случилось; так, быть может, сплетня,
Чей шепот неуклонно мчит сквозь мир,
Как пушка в цель, свой ядовитый выстрел,
Минует наше имя и пронзит
Неуязвимый воздух. О, иди!
Страх и смятенье у меня в груди.
Уходят.
Там же.
Входят король, королева,
Розенкранц и Гильденстерн.
Король
Причина есть у этих тяжких вздохов.
Скажите нам ее — все знать должны мы.
Где сын ваш?
Королева (Розенкранцу и Гильденстерну)
Оставьте нас одних здесь не надолго.
Розенкранц и Гильденстерн выходят.
Ах, добрый мой супруг, что я видала!
Король
Ну что, Гертруда? Гамлет что, скажите?
Королева
Безумие он, как ветер и как море,
Когда они заспорят. Он в припадке,
Услышав шорох за ковром, схватил
Рапиру с диким криком: «Крыса, крыса!» —
И в умоисступлении, не видя,
Убил он старика.
Король
Ах, злое дело!
Так было б с нами, если б там мы были.
Полна опасностей его свобода:
Опасен он и вам, и нам, и всем.
Увы, кто здесь ответчик за убийство?
На нас все взвалят. Ведь должны мы были
Держать на привязи, не выпускать
Безумного. Но от любви к нему
Не поняли, что сделать было должно.
Но, так же как больной дурной болезнью,
Скрывающий ее, дает расти ей
До сердцевины жизни, — так и мы.
Куда ушел он?
Королева
Труп унес куда-то.
Как золото средь низких минералов
Сияет чистотой, — в самом безумье
Он чист и плачет о своем поступке.
Король
Уйдем, Гертруда.
Едва вершин коснется первый луч,
На корабле отправим мы его,
А это дело мерзкое всей властью,
Со всею ловкостью мы объясним,
Смягчив его. Эй, эй, эй, Гильденстерн!
Входят Розенкранц и Гильденстерн.
Друзья, людей возьмите вы в подмогу.
Полония убил в безумье Гамлет
И труп из спальни матери унес.
За ним пойдите, сговоритесь с ним,
А труп в часовню поскорей снесите.
Прошу вас торопиться!
Розенкранц и Гильденстерн выходят.
Ну, Гертруда,
Друзей мудрейших созовем своих,
Мы объясним им, что свершить нам надо
И что в недобрый час здесь совершилось.
Тогда и клеветы отравный шепот,
Что пушечным ядром летит чрез мир,
Не попадет в нас, поразив лишь воздух
Неуязвимый. О, идем же прочь!
В душе моей унынье, страх и ночь.
Выходят.
Комната въ замкѣ.
Входятъ: Король, Королева,
Розенкранцъ и Гильденштернъ.
Король (королевѣ).
Въ твоихъ глубокихъ вздохахъ,
Сокрытъ какой-то смыслъ; намъ не мѣшаетъ
Узнать его — такъ объяснись. Гдѣ сынъ твой?
Королева.
Оставьте насъ.
(Розенкранцъ и Гильденштернъ уходятъ.)
Что видѣла я ночью!
Король.
Какъ? что, жена? Что дѣлаетъ Гамлетъ?
Королева.
Свирѣпствуетъ, какъ ураганъ на морѣ:
Въ безумной ярости онъ вдругъ услышалъ
Какой-то шорохъ за ковромъ — мгновенно
Онъ шпагу выхватилъ и, съ крикомъ «мышь»,
Не видя, старика убилъ.
Король.
Ужасно!
То было бъ и со мною — будь я тамъ.
Его свобода угрожаетъ всѣмъ:
Тебѣ и мнѣ, и всякому другому.
Кто дастъ отвѣтъ въ такомъ кровавомъ дѣлѣ?
На насъ падетъ упрекъ, что мы безумца
Отъ общества людей не удалили.
Но насъ любовь къ Гамлету ослѣпила:
Я не хотѣлъ понять, что намъ полезно;
Я скрылъ его, какъ гнусную болѣзнь,
Отъ взоровъ всѣхъ — и ядъ впитался въ тѣло
И отравилъ всю кровь. Куда пошелъ онъ?
Королева.
Понесъ убитаго. На этотъ разъ
Его безумство оказалось чистымъ,
Какъ искра золота въ простой рудѣ.
Онъ слезы льетъ о томъ, что совершилъ.
Король.
Пойдемъ Гертруда.
Какъ скоро солнце горы озаритъ,
Онъ сядетъ на корабль. Мы всѣмъ искусствомъ
И всѣмъ могуществомъ должны покрыть
И извинить поступокъ гнусный.
Эй Гильденштернъ!
(Розенкранцъ и Гильденштернъ входятъ.)
Друзья, возьмите въ помощь
Себѣ кого-нибудь и поспѣшите...
Въ припадкѣ бѣшенства, Гамлетъ убилъ
Полонiя и утащилъ съ собою
Изъ комнатъ матери. Сыщите принца,
Поговорите съ нимъ словами ласки,
А трупъ велите отнести въ часовню.
Прошу скорѣй!
(Розенкранцъ и Гильденштернъ уходятъ.)
Пойдемъ, пойдемъ, Гертруда.
Мы созовемъ умнѣйшихъ изъ друзей,
Откроемъ имъ, что сдѣлать мы готовы,
И что, къ несчастiю, совершено.
Такъ, можетъ-быть, шипѣнiе злословья,
Какъ выстрѣлъ пушечный, до вѣрной цѣли,
Несущее изъ края въ край земли
Свой острый ядъ, промчится мимо насъ
И ранитъ лишь нераздѣлимый воздухъ.
Пойдемъ, пойдемъ! Моя душа
Борьбы и ужаса полна.
(Уходятъ.)
A Room in the Castle.
Enter King, Queen,
Rosencrantz, and Guildenstern.
King.
There’s matter in these sighs, these profound heaves:
You must translate; ’tis fit we understand them.
Where is your son?
Queen. [To Rosencrantz and Guildenstern.]
Bestow this place on us a little while.
[Exeunt Rosencrantz and Guildenstern.
Ah! my good lord, what have I seen to-night.
King.
What, Gertrude? How does Hamlet?
Queen.
Mad as the sea and wind, when both contend
Which is the mightier. In his lawless fit,
Behind the arras hearing something stir,
Whips out his rapier, cries, ‘A rat! a rat!’
And, in his brainish apprehension, kills
The unseen good old man.
King.
O heavy deed!
It had been so with us had we been there.
His liberty is full of threats to all;
To you yourself, to us, to every one.
Alas! how shall this bloody deed be answer’d?
It will be laid to us, whose providence
Should have kept short, restrain’d, and out of haunt,
This mad young man: but so much was our love,
We would not understand what was most fit,
But, like the owner of a foul disease,
To keep it from divulging, let it feed
Even on the pith of life. Where is he gone?
Queen.
To draw apart the body he hath kill’d;
O’er whom his very madness, like some ore
Among a mineral of metals base,
Shows itself pure: he weeps for what is done.
King.
O Gertrude! come away.
The sun no sooner shall the mountains touch
But we will ship him hence; and this vile deed
We must, with all our majesty and skill,
Both countenance and excuse. Ho! Guildenstern!
Re-enter Rosencrantz and Guildenstern.
Friends both, go join you with some further aid:
Hamlet in madness hath Polonius slain,
And from his mother’s closet hath he dragg’d him:
Go seek him out; speak fair, and bring the body
Into the chapel. I pray you, haste in this.
[Exeunt Rosencrantz and Guildenstern.
Come, Gertrude, we’ll call up our wisest friends;
And let them know both what we mean to do,
And what’s untimely done: so, haply, slander,
Whose whisper o’er the world’s diameter,
As level as the cannon to his blank
Transports his poison’d shot, may miss our name,
And hit the woundless air. O! come away;
My soul is full of discord and dismay.
[Exeunt.