Там же. Другая комната в замке.
Входит Гамлет.
Гамлет
Сдан в целости на место.
Розенкранц и Гильденстерн (за сценой)
Гамлет, Гамлет!
Гамлет
Откуда шум? Кто Гамлета зовет?
А, вот они.
Входят Розенкранц и Гильденстерн.
Розенкранц
Милорд, что сделали вы с мертвым телом?
Гамлет
Смешал с землей, которой труп сродни.
Розенкранц
Скажите, где он, мы снесем в часовню.
Гамлет
Об этом бросьте даже помышлять.
Розенкранц
О чем?
Гамлет
Что я буду действовать в ваших интересах, а не в своих собственных. Да и что еще это за расспросы со стороны какой-то губки? Что отвечать на них сыну короля?
Розенкранц
Вы меня сравниваете с губкою, принц?
Гамлет
Да, вас. С губкою, живущей соками царских милостей, наград и попущений. Но на поверку это его лучшие слуги. Король закладывает их за щеку, как обезьяна. Сует в рот первыми, а проглатывает последними. Понадобится то, чего вы насосались, он взял, выдавил вас, и снова вы сухи для новой службы.
Розенкранц
Я вас не понимаю, принц.
Гамлет
Это меня радует. В уме нечутком не место шуткам.
Розенкранц
Милорд, вы должны сказать нам, где тело, и пойти с нами к королю.
Гамлет
Тело во владении короля, но король не во владеньи телом. Да и какую роль играет тут король?
Гильденстерн
Король, милорд?
Гамлет
Не более чем ноль. Ведите меня к нему. Гуси, гуси, домой, волк за горой.
Уходят.
Другая зала в замке.
Входит Гамлет.
Гамлет
Надежно спрятан.
Розенкранц и Гильденстерн (за сценой)
Принц Гамлет! Гамлет!
Гамлет
Тсс, что за шум? Кто Гамлета зовет? А, вот они.
Входят Розенкранц и Гильденстерн.
Розенкранц
Принц, что вы учинили с мертвым телом?
Гамлет
Смешал с землей — она ему сродни.
Розенкранц
Скажите, где оно, чтоб мы могли
Снести его в часовню.
Гамлет
Вы этому не верьте.
Розенкранц
Не верить чему?
Гамлет
Тому, что вашу тайну я хранить умею, а свою нет. К тому же на вопросы губки какой ответ может дать королевский сын?
Розенкранц
Вы принимаете меня за губку, мой принц?
Гамлет
Да, сударь; которая впитывает благоволение короля, его щедроты, его пожалования. Но такие царедворцы служат королю лучше всего напоследок; он держит их, как обезьяна орехи, за щекой: раньше всех берет в рот, чтобы позже всех проглотить; когда ему понадобится то, что вы скопили, ему стоит только нажать на вас — и, губка, вы снова сухи.
Розенкранц
Я вас не понимаю, мой принц.
Гамлет
Я этому рад; хитрая речь спит в глупом ухе.
Розенкранц
Мой принц, вы должны нам сказать, где тело, и пойти с нами королю.
Гамлет
Тело у короля, но король без тела. Король есть вещь...
Гильденстерн
«Вещь», мой принц?
Гамлет
Невещественная; ведите меня к нему. Беги, лиса, и все за ней.
Уходят.
Другая комната в замке.
Входит Гамлет.
Гамлет
Хорошо упрятан.
Розенкранц и Гильденстерн (за сценой)
Гамлет! Милорд Гамлет!
Гамлет
Но тише... Что там за шум? Кто зовет Гамлета? Ах, вот они идут.
Входят Розенкранц и Гильденстерн.
Розенкранц
Милорд, что сделали вы с этим трупом?
Гамлет
В пыль возвратил, с которой он в родстве.
Розенкранц
Скажите нам, где он, чтоб мы могли
В часовню отнести его.
Гамлет
Вы и не думайте этого.
Розенкранц
Чего не думать?
Гамлет
Что я стану сохранять ваши тайны, а не свои. А еще отвечать на вопросы губки. Какие разговоры между губкой и сыном короля?
Розенкранц
Вы меня принимаете за губку, милорд?
Гамлет
Да, сэр, за губку, которая впитывает королевские милости, подарки, власть. Но такие слуги лучше всего служат королю под конец: король их кладет за щеку, как обезьяна, сначала хорошенько прожует, а потом и проглотит. А когда ему понадобится то, что вы впитали в себя, он вас выжмет. Вот вы и сухи, губка вы этакая.
Розенкранц
Я вас не понимаю, милорд.
Гамлет
Я очень этому рад: хитрая речь спит в глухом ухе.
Розенкранц
Милорд, вы должны нам сказать, где мертвое тело, и отправиться с нами к королю.
Гамлет
Тело при короле, хотя король не при теле. Король есть нечто.
Гильденстерн
Нечто, милорд?
Гамлет
Или ничто. Ведите меня к нему. Ну, поиграем в прятки.
Все выходят.
Другая комната въ замкѣ.
Гамлетъ входитъ.
Гамлетъ.
— Надежно запрятанъ. —
Розенкранцъ и Гильденштернъ (за сценою).
Гамлетъ! Принцъ Гамлетъ!
Гамлетъ.
Тсъ! — Что за шумъ? Кто зоветъ Гамлета? А! Вотъ они.
(Розенкранцъ и Гильденштернъ входятъ).
Розенкранцъ.
Что вы сдѣлали съ трупомъ, принцъ?
Гамлетъ.
Прiобщилъ его къ праху, которому онъ сродни.
Розенкранцъ.
Скажите гдѣ? чтобъ мы могли въ часовню
Его отнесть.
Гамлетъ.
Его отнесть.О нѣтъ, не вѣрьте!
Розенкранцъ.
Чему не вѣрить?
Гамлетъ.
Чтобы я умѣлъ беречь вашу тайну, а свою нѣтъ. И кромѣ того, — отвѣчать на вопросы губки! — Что отвѣчать на это сыну короля?
Розенкранцъ.
Вы меня принимаете за губку, принцъ?
Гамлетъ.
Да; за губку, которая всасываетъ выраженiя лица, повелѣнiя и милости короля. И такiе то люди оказываютъ подъ конецъ королю самую лучшую услугу; онъ держитъ ихъ, какъ обезьяна лакомый кусочекъ, за щекою; прежде всѣхъ возьметъ ихъ въ ротъ и послѣ всѣхъ съѣстъ. Когда ему понадобится то, что ты всосалъ, ему стоитъ только подавить тебя, — и ты опять сухая губка.
Розенкранцъ.
Я не понимаю васъ.
Гамлетъ.
Очень радъ: острое слово спитъ въ ушахъ глупца.
Розенкранцъ.
Принцъ! Вы должны сказать намъ, гдѣ трупъ, и идти съ нами къ его величеству.
Гамлетъ.
Трупъ у короля, однакоже короля нѣтъ при трупѣ. Король есть нѣчто,....
Гильденштернъ.
Нѣчто?
Гамлетъ.
— Или ничто. Пойдемъ къ нему.
(Уходятъ.)
Another Room in the Same.
Enter Hamlet.
Ham.
Safely stowed.
Ros. & Guil.
[Within.]Hamlet! Lord Hamlet!
Ham.
What noise? who calls on Hamlet?
O! here they come.
Enter Rosencrantz and Guildenstern.
Ros.
What have you done, my lord, with the dead body?
Ham.
Compounded it with dust, whereto ’tis kin.
Ros.
Tell us where ’tis, that we may take it thence
And bear it to the chapel.
Ham.
Do not believe it.
Ros.
Believe what?
Ham.
That I can keep your counsel and not mine own. Besides, to be demanded of a sponge! what replication should be made by the son of a king?
Ros.
Take you me for a sponge, my lord?
Ham.
Ay, sir, that soaks up the king’s countenance, his rewards, his authorities. But such officers do the king best service in the end: he keeps them, like an ape, in the corner of his jaw; first mouthed, to be last swallowed: when he needs what you have gleaned, it is but squeezing you, and, sponge, you shall be dry again.
Ros.
I understand you not, my lord.
Ham.
I am glad of it: a knavish speech sleeps in a foolish ear.
Ros.
My lord, you must tell us where the body is, and go with us to the king.
Ham.
The body is with the king, but the king is not with the body. The king is a thing—
Guil.
A thing, my lord!
Ham.
Of nothing: bring me to him. Hide fox, and all after.
[Exeunt.